Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

Отгадка.

Я задал такую загадку:

На литографии (вторая половина 19 века) изображено некоторое устройство, для некоторых операций с железнодорожным рельсом. Изобретатель этого устройства - однофамилец и соотечественник великого  писателя и поэта.

Для чего использовалось это устройство?

Hook

Даю подсказку: применение таких устройств могло бы составить красочный эпизод в великом кинофильме 1939 года выпуска. Но не составило.

Отгадка:

Collapse )

Отчего они вымерли...


или как в Оклахоме дали пьянству бой.
 
...
По дороге Том рассказал Дортмундеру историю города Кронли, штат Оклахома. В начале века этот город был центром скотоводства и крупным транспортным узлом, однако со временем от цветущего организма осталась лишь иссушенная зноем пустая оболочка.

– И все из-за железной дороги, – сказал Том.

– Железные дороги… – откликнулся Дортмундер, ведя машину по пустому двухполосному шоссе в сердце Оклахомы и размышляя о стальных путях, уходящих под воду среди зеленых холмов на севере штата Нью-Йорк. – Внезапно появились железные дороги и подмяли все под себя.

– Нет, с Кронли произошла другая история, – сказал Том. – Город внезапно лишился железной дороги.

– Такое происходит сплошь и рядом.

– Здесь случай особый, – ответил Том. – Кронли начинался с небольшого фермерского поселения, на маленьком ручье, протекавшем между реками Канейдиан и Симаррон. Люди покупали там соль и торговали молоком. Во времена Гражданской войны к городу подвели железную дорогу. Кронли все разрастался, стал столицей округа, обзавелся складами, конторами предпринимателей; там был построен огромный пятиэтажный отель для заезжих дельцов, самое высокое здание в городе.

– Целых пять этажей! – поразился Дортмундер.

Том пропустил его замечание мимо ушей и продолжал:

– Засуха тридцатых годов особенно крепко ударила по городу, потому что местные фермеры разъехались и население изрядно сократилось. И все же город продолжал жить, пока в пятидесятых годах Оклахома не допустила серьезную ошибку.

– Оклахома? Весь штат?

– Да, – ответил Том. – Видишь ли, Оклахома сохранила у себя сухой закон после его отмены по всей стране. Возьми человека, Эл, заставь его страдать, и он решит, что горе и невзгоды ниспосланы ему Господом в наказание за тяжкие грехи. Человек решит, что, если причинить самому себе еще большие страдания, то, может быть, Боженька его простит. Один парень в тюрьме рассказывал мне, что в средние века люди хлестали себя плетьми, дабы уберечься от чумы. Короче говоря, Оклахома, и без того иссушенная зноем, многострадальная и пыльная, решила еще подсушиться – авось, Господь смилуется. Итак, выпивка оказалась под запретом.

– Так в этом и состояла роковая ошибка? – спросил Дортмундер. – Сухой закон прикончил целый город?

– С него все началось, – ответил Том. – Видишь ли, стоит написать какой-нибудь закон, и, как бы тот ни был суров, всегда найдется кто-нибудь, кто пожелает еще больше усугубить его гнет. Именно это и произошло в пятидесятых годах. Полицейские штата Оклахома садились в транзитные поезда и арестовывали барменов в вагонах-ресторанах за торговлю спиртными напитками в "сухом" штате.

– Минутку, – попросил Дортмундер. – Ты говоришь, в поездах?

– В проходящих поездах, въезжавших на территорию штата с одной стороны и выезжавших с другой. Полиция забирала бармена и сажала его на ночь в кутузку. А на другой день приезжал адвокат железнодорожной компании и вызволял парня. Веселенькая ночка для бармена, а? – Том улыбнулся, умудрившись не пошевелить при этом губами. – Эл, сворачивай вон на ту дорогу, – добавил он.
...

– Итак, мы остановились на том, что барменов сажали на ночь в каталажку.

– Да, – подтвердил Том. – И поэтому в последующие годы железнодорожные компании направляли поезда по путям, пролегавшим все дальше от Кронли, и в итоге в Оклахоме вовсе не осталось действующих железных дорог.

– Ты это серьезно? – спросил Дортмундер, поражаясь и вместе с тем восторгаясь масштабами постигшей Оклахому кары.

– Вполне, – сказал Том. – И это положение сохранилось до наших дней. Открыв карту "Амтрак", ты увидишь, что железнодорожные пути огибают Оклахому, не заходя на ее территорию. Именно это обстоятельство погубило Кронли. Нет поездов – нет резона оставаться в этом проклятом Богом месте.
...

Дональд Уэстлейк, "Утонувшие надежды"

Катеринка № 123715.


Навеяно
http://kototuj.livejournal.com/1115423.html

Старик со сторублевым билетом

Давно замечено, что люди, чья жизнь проходит в постоянном движении – машинисты, моряки, летчики, шоферы,– бывают несколько суеверны. Суеверны были и мы, кондукторы московского трамвая.

Больше всего мы боялись старика со сторублевым кредитным билетом, так называемой «катеринкой». На билете этом был выгравирован пышный портрет Екатерины Второй с тугим атласным бюстом.

Если говорить без предвзятостей, то старик был даже довольно приятный – умытый, ласковый и культурный. Из кармана его пальто всегда торчала аккуратно сложенная профессорная либеральная газета «Русские ведомости».

Старик всегда садился в трамвай ранним утром, как только мы выходили из парка и в сумке у нас позванивало 60 копеек мелочи, выданной нам на сдачу. Больше мелочи нам не давали.

Старик влезал в трамвай и с предупредительной улыбкой протягивал кондуктору сторублевую бумажку. Сдачи, конечно, не было. Но старик ее и не требовал. Он покорно сходил на первой же остановке и дожидался следующего трамвая.

Там повторялась та же история.

Так, пересаживаясь из вагона в вагон, старик бесплатно ездил на службу изо дня в день и из месяца в месяц. Придраться к нему было нельзя.

Сторублевая бумажка была всегда одна и та же. Мы, кондукторы линии 8, давно знали на память ее номер – 123715. Мы мстили старику тем, что иногда язвительно говорили:

– Предъявите вашу «катеринку» номер 123715 и выметайтесь из вагона.

Старик никогда не обижался. Он охотно протягивал нам пресловутую ассигнацию и так же охотно и даже торопливо, стараясь никого не затруднить, выходил из вагона.

Это был неслыханно упорный безбилетный пасс. Против него были бессильны самые свирепые контролеры.

Но мы не любили старика не за эту ассигнацию 123715, а за то, что он, как утверждали старые кондукторы, знавшие его несколько лет, всегда приносил неприятности.
...

Кондукторы линии 8 давно мечтали подкузьмить этого старика. У каждого был свой план. Был свой план и у меня. Я рассказал его начальнику парка. Он только усмехнулся.

Наутро мне были выданы под расписку сто рублей бумажной мелочью.

Я ждал старика три дня. На четвертый день старик, наконец, попался.

Ничего не подозревая, радушно и спокойно, он влез в вагон и протянул мне свою «катеринку». Я взял ее, повертел, посмотрел на свет и засунул в сумку. У старика от изумления отвалилась челюсть.

Я неторопливо отсчитал 99 рублей 95 копеек, два раза пересчитал сдачу и протянул старику. На него было страшно смотреть. Лицо его почернело. В глазах было столько желтой злости, что я бы не хотел встретиться с этим стариком в пустом переулке.

Старик молча взял сдачу, молча сунул ее, не считая, в карман пальто и пошел к выходу.

– Куда вы? – сказал я ему вежливо.– У вас же есть, наконец, билет. Можете кататься сколько угодно.
– Зараза! – хриплым голосом произнес старик, открыл дверь на переднюю площадку и сошел на первой же остановке. Сделал он это, должно быть, по застарелой привычке.

Когда вагон тронулся, старик изо всей силы ударил толстой тростью по стенке вагона и еще раз крикнул:

– Зараза! Жулик! Я тебе покажу!

С тех пор я его больше не встречал. Передавали, что кое-кто из кондукторов видел его после этого случая. Старик бодро шагал пешком из дому на службу. В кармане его пальто все так же торчала аккуратно сложенная газета «Русские ведомости».

Сторублевая бумажка 123715 была выставлена, как трофей, в Миусском парке на доске эа проволочной сеткой, где вывешивались приказы. Она провисела там несколько дней. Перед ней толпились кондукторы, узнавали ее «в лицо» и смеялись. А я заслужил сомнительную славу находчивого человека.
...
Константин Георгиевич Паустовский. "Повесть о жизни. 2. Беспокойная юность"



Земельные Участки в Рассрочку - земельные участки новая рига.

Диалог о культуре.

crusoe Нашёл и с удовольствием делюсь ссылкой: http://www.agnuz.info/library/books/kultara_srednih_vekov/index.htm
Лев Платонович Карсавин. "Культура средних веков".
flaass А в адресе - цитата из Пелевина, непонятно, зачем. 

crusoe Что за цитата? 
flaass

 - Подумай. Представь себе, что ты стоишь у окна и смотришь наружу. Дома, огороды, скелеты, столбы - ну, короче, как интеллигенты говорят, культара.
- Культура, - поправил Андрей.
- Да. А большая часть этой культары состоит из покойников вперемешку с бутылками и постельным бельем.

crusoe  Гм. Когда Пелевин пробует философствовать и обобщать - становится плоским, банальным, вторичным. Впрочем, тут стоит дать развёрнутый ответ. Вынесу в отдельную заметку.

Ты никогда не был паровозом, Подсолнух, ты был Подсолнухом! А ты, Паровоз, и ты есть паровоз, не забудь же!

 

Collapse )


Регистрация изменений юридических лиц. Регистрация изменений лучшие цены на сайте.