Category: медицина

На кухне.

Он сидит со мной на кухне, этот немолодой человек. Он пьёт коньяк. Глаза его смотрят сквозь меня. Он говорит.

- Я живу под чужой фамилией. Фамилия бабки по отцу. Она бросила семью свою, купеческую, в нулевых - в ихних нулевых, не в наших, -  и (так мы думаем по обмолвкам, хотя не знаем точно) - ушла в социалисты-революционеры. То есть, в эсеры. Ты не знаешь. Что, знаешь? Да что ты знаешь - они метали бомбы. А потом они стали большевиками. Это ясно, кем же ещё они могли стать? И в двадцатые вышла замуж за молодого инженера авиационной техники. И семья у них составилась, только взяли его после Испании - там мессершмиты летали быстрее и лучше. И расстреляли его - тогда уже замнаркома. А бабка-то, эсерка, подпольщица, бомбистка, сообразила: сыну дала свою фамилию и уехала из Москвы. И я родился уже под её фамилией. В 70-х она стоя навытяжку слушала репортажи с парадов на Красной площади. И маршировала под музыку на месте - это сам я помню.

- Ты помолчи. Потому что дед мой, по матери, служил в военных инженерах. Преподавал в академии Куйбышева. Однажды, летом, отправил он от московской жары бабку на дачу. И через краткое время схватило его - аппендицит - и спровадили его в госпиталь. Когда вернулся, на двери квартиры печать на бумажке. Он к соседям - что? как? - Приходили - боязливо говорит сосед, - я сказал, что в больнице. Они потоптались и ушли. И ты уходи. Он в академию звонит: что? как? - Приходили - боязливо говорят оттуда, - мы сказали, что в больнице. Они потоптались и ушли. И ты не звони.

Сорвал он печать, стал жить в своей квартире. А что делать? Никому не звонил, проедал денежные запасы. Бабке сказал, чтобы затаилась. А по зиме позвонили: что это вы на службу не ходите? В академию срочно, мать твою, - у вас командировка на финский фронт. Как рвать оборону. Обследовать по инженерной части, должить.

Обследовал, доложил. Оборону прорвали. Деду по завершении орден Красного знамени.

- Ты помолчи. Потому что отец деда этого, который с орденом, то есть прадед мой, сам на той даче в то время сад устраивал и дом строил. Крепкий дом. С печкой, верандой остеклённой, с надстройкой. И сад - яблони всех сортов, чтобы зрели от июля до ноября. И груши - маленькие, жёлтые сладкие. И малина. И крыжовник. Рай земной, это я от души тебе скажу. Все лета мои детские там жил. В семьдесят шестом снесли эту дачу. Дали по три рубля за плодовое дерево. Построили общежитие текстильного техникума.

И отец деда, он сам из Белоруссии,  был раввин в том месте. Так он решил, что в том месте не хватает раввина. И к нему по субботам ездили из шести окрестных станций. Справлять шаббат. А не в день субботний, делал он модельную обувь - резал колодки, натягивал кожу, строил подошвы, по мерке, подд клиента. К нему, таясь, из Москвы жёны министров приезжали. Дядя мой говорит: два комплекта инструмента у него было. Один - бери, внук, строгай, режь, играй, учись, не жалко. Но не дай Яхве взять сокровенный ножичек острейший или что ещё из обувного набора - бит будешь страшно.

И бит бывал мой дядя. Потому как не удержишь малого от искуса попробовать тончайшие ножички и стамесочки для резки твёрдого дерева для обувных колодок.

А сдавал он комнату пьянице Феде, православному, русскому краснодеревщику. И к тому тоже ездили министерши ли, не министерши - но люди важные. Потому что он делал им мебель. И жили они, лаясь, но жили дружно. В Москве - власть в сорока километрах; а они жили - раввин-сапожник и Федька-столяр. А дед в академии Куйбышева, с орденом за прорыв линии Маннергейма.

- Ты помолчи. Мама моя и папа сошлись: у одной отец с орденом в академии; а дед - раввин, обувщик подпольный; министерш государственных незаконно обслуживает; и комнату антисемиту-Федьке, пьянице, краснодеревщику сдаёт; а папа живёт под чужим именем: так решила мать его, эсерка, бомбистка, подпольщица; она потом, в семидесятые,  стоя навытяжку, слушать будет репортажи с парадов на Красной площади. И маршировать под музыку на месте - это сам я помню.

- Сошлись они - говорит мой друг - и я родился. Думал, в 90-е бизнес делал, выжил, во - молодец! Крут! Теперь смотрю навзад, и понимаю - да нет, не понимаю. Себя жалко, неловко. Голова кругом идёт. Выпьем.

И мы пьём. И смотрим сквозь друг друга, сквозь стены, в пространства времени и густой нашей земли, со всеми её корнями и червяками; и объемлет нас эта земля - суглинистая ли; чернозёмная ли; но густая и терпкая, неизбывная, любимая и проклятая.

И ничуть она не за холмом.

К вопросу о развитии сортирного дела на Западном фронте...

... или почему британская пехота гадила на позиции траншейных миномётчиков.

Хорошо оборудованная траншейная система со временем обрастала всякими удобствами. Сортиры устраивались с особым тщанием, становились предметом гордости и соревнования; армейцы старались держать отхожие места в отличном состоянии, чтобы люди не ходили прямо в траншею. Обычно, траншейные туалеты устраивали в коротком крытом прокопе, отрытом в сторону тыла, сквозь тыльный траверс; в прокопе устанавливали вёдра или отрывали яму со вкопанным у края шестом. Некоторые ямы отличались изрядной глубиной. В ноябре 1917 года, когда рота Сидни Робертсона (2/ Западный Йоркширский) обосновалась на фронтовой линии Соммы, младший капрал Рамбольд организовал два или три отхожих места «удобных и, одновременно, превосходных с санитарной точки зрения». Одна сортирная яма была так глубока, что фронтовики использовали нужник для экспериментов над трофейными «SOS-ракетами», пуская их в яму, чтобы определить, какого цвета сигнал подаёт тревогу немецким артиллеристам. Таких, как Рамбольд - капрал санитарной службы – было по одному на каждую роту; они отвечали и за траншейные отхожие места и за тыловые приспособления аналогичного назначения, но с более сложным устройством. Френк Данхем стал капралом санитарной службы в 1918-м; по его словам, «грязноватое дело, но с некоторыми преимуществами – я не ходил на смотры и полностью располагал своим временем. Ребята непременно давали таким, как я, всякие прозвища, например «сержант – старший говнотёс» и клички эти, пожалуй, были наихудшей неприятностью этой работы». В роте Фредерика Ходжеса (10/ Ланкаширский стрелковый) санитаром служил капрал Дин (Dean)– естественно, его прозвали Gunga Dean, «Говнонос»* Некоторые санитарные работники гордились своим делом. Дэвид Джонс вспоминает разговор с таким капралом из хорошо образованных – тот попался ему на пути от нужника с двумя полными до краёв вёдрами.

«Привет, Эван! Наихреновейшая у тебя работа!». Он ответил: «Хреновая, говоришь?» Что-ж, я сказал что ни за что бы не стал заниматься таким делом. «Хреновая-то хреновая, - отрезал он – вот только попомни, что армия Артаксерса чрезвычайно пострадала из-за пренебрежения санитарией».

_________________
*Gunga Din – поэма Киплинга о туземце Gunga Din, водоносе, кто спасает британских солдат, нося им воду, а потом погибает ко всеобщему сожалению. Но «gunge», вместе с тем, «грязь».
-------------------------

Вычерпанные из нужника фекалии сливали в снарядные воронки, засыпали землёй, а очищенную выгребную яму присыпали хлорной известью с небольшой добавкой мелкозёма. Если позволяли условия, инспекцию сортиров проводили командиры частей, их адъютанты, и, время от времени, – штабные офицеры медицинской службы высокого ранга. В 1917 году майор Чамберс из медицинской службы Кавалерийского корпуса инспектировал траншейные отхожие места на участке 1-го полка Лейб-гвардии; до нас дошёл его отчёт: «Латрины. Прикрыты от мух, приемлемо. Ёмкости для мочи расположены перед латринами, в выемке траншейной стенки и земля около них засолена мочой». Чамберс рекомендовал передвинуть ёмкости и «установить брызгоотбойники для предупреждения утечек».

Когда людей размещали в тылу, по домам или сараям, санитары копали ямы в подходящих местах, и, при переходе квартир к другой части, обязаны были либо оставить сортиры в чистом состоянии, либо засыпать их перед уходом. Если солдатам случалось служить поблизости от передовой, но не в самих передовых траншеях, они наслаждались относительным комфортом:

«… удобств кубической формы, стоящих в ряд… с крышей гофрированного железа и мешками с песком поверх крыши, внутренними парусиновыми перегородками и деревянным сиденьем на ведре. Сапёры строили их позади передней линии траншей, но удобства эти оставались в пределах вражеского артиллерийского огня. Зачастую сортиры такой конструкции оснащались дополнительными завесами-дверями из парусины и дощатым полом- настилом. Встречались и лучшие усовершенствования. Однажды ранним утром, я нашёл, что один из кубиков занят непозволительно надолго, так что глянул внутрь и увидел кровавый беспорядок. Оказалось, что кубик занят мертвецом с огромной дырой в затылке от снарядного осколка, пришедшего через заднюю стенку. Входы латрин были, разумеется, отвёрнуты от передовой. В конечном счёте, сапёры пришли к единому дизайну, и унифицированная отныне конструкция получила мгновенное, повсеместное и благозвучное крестильное имя: «гром-бокс»».*


_______________
Ср. соотв. эпизод у: Ивлин Во, "Офицеры и джентльмены".
_______________

Фронтовые сортиры использовались без чинов, военная иерархия давала знать о себе по мере удаления от передовой. Джулиан Тиндаль-Биско рассказывает о происшествии на своей артиллерийской позиции:

«Как то раз… снаряд, ударивший в офицерский нужник, вознёс в воздух всю коробку. Я был поражён, увидев, что на обнажившемся месте, на прежнем своём троне по-прежнему восседает человек и решил что тот, несомненно, мёртв. Я помчался к нему что есть духу, а добежав, нашёл Эллисона вполне живым – он как раз натягивал брюки. «Снаряд – сказал он с мрачной усмешкой – прилетел весьма кстати. Я, понимаете ли, мучился от запора»».



Обыкновенно, команды с траншейными миномётами прибывали на передовую в преддверии назначенного боя. … Если для них не были оборудованы специальные окопы, миномётчики вели огонь из коротких сап, прокопов от траншеи; пехота совсем не приветствовала работу этого оружия – за миномётным огнём следовало непременное воздаяние – так что солдаты на передовой нередко пытались сделать миномётные сапы непригодными для использования (или, по меньшей мере, местами, неприятными для миномётных расчётов), устраивая в них траншейные сортиры.

Holmes, Richard. Tommy: The British Soldier on the Western Front. Пер. Crusoe.

Дороти Сейерс. В челюстях свидетельства.

Дороти Сейерс.

В челюстях свидетельства.

пер. Crusoe

- Нуте-с, старче – приступил мистер Лампло – что мне делать с тобой сегодня?

- Посверлить, полагаю – лорд Питер Уимси заёрзал по зелёному вельвету пыточного кресла, обиженно глядя на бормашину. – Меня кусает собственный клык, левый верхний. Не понимаю, отчего. Даже когда я ем омлет, а не грызу, например, орехи или миндальные коржики. Непонятно.

Collapse )

На злобу дня.

...
Убили, значит, Фердинанда-то нашего,-- сказала Швейку  его служанка.
...
- Какого Фердинанда, пани Мюллерова? -- спросил Швейк, не переставая массировать колени.-- Я знаю двух Фердинандов.  Один служит у фармацевта Пруши. Как-то раз по ошибке он выпил у него бутылку  жидкости  для  ращения  волос;  а  еще  есть Фердинанд Кокошка, тот, что собирает собачье дерьмо. Обоих ни чуточки  не жалко. ...
Я.Гашек.

Зараз проявились у Советской власти два крыла: правая  и  левая. Когда же она сымется и улетит от нас к ядрене-фене?
М.Шолохов.

 




Очистка воды бассейнов за час. Химия для очистки воды бассейнов.

Срочно требуется перепост

Originally posted by teh_nomad at Срочно требуется перепост


Друзья, сообщество добровольных помощников погорельцам просит репостов своего сообщества.

http://community.livejournal.com/pozar_ru/

В сообществе "Благотворительная помощь пострадавшим от пожаров" размещается полезная информация - какие кому лекарства нужны, как себя вести в той или иной ситуации, а также оперативная информация.

Будь человеком - распространи информацию! Каждая ссылка может оказать реальную помощь.


Лонгинов ещё канает!


Слово "канать" устойчиво относят к арго. Так, "Словарь русского арго" Елистратова сообщает:


КАНАТЬ, -аю, -аешь; несов. 1. куда, откуда. Идти, уходить. 2. под кого. Подделываться под кого-л., подражать кому-л. Под больного канать. Под умного канать. ♦ Канай на дачу — уходи, проваливай.
Возм. от устар. «конать» (ср. совр. разг. «доконать») — кончать, порешить, уничтожать, душить, сживать со свету, доводить до конца, умирать, кончаться; ср. также уг. «канай!» — крик об опасности.
См. также БЕРИ ВЕСЛО, КАНАЙ В ПОМОИ


Но ещё Н.С.Лесков в письме И.С.Аксакову от 22 января 1875 года писал:
...
Ориенталист на полицеймейстерском поприще еще не показал ничего нового: до сих пор он, по-видимому, держится как человек пришлый, а не хозяин. Лонгинов еще канает, хотя совершенно безнадежен: вода дошла до живота, но все тянет. В так называемом "большом свете", ныне не чуждающемся более ни концессионных взяток, ни служебных интриг, говорят, что "это с его стороны даже неделикатно умирать так долго".
...
Усматриваю здесь некоторое противоречие с Елистратовым. К слову: здесь канает тот самый Лонгинов, которого - по словам А.К.Толстого - "огорчала Дарвина система".


Лечение близорукости у детей в россии. Побочные явления при лечении близорукости.

Ставлю на полку



Реклама: Ее значение, происхождение и история. Примеры рекламирования / Плиский Н. - Спб.: Изд. Ф.В. Щепанского, 1894. - 184 с.

Не уверен в практическом значении этой старой книжки, но она забавна и непременно доставит читателю удовольствие.

Оглавление:

 

Collapse )

 

13,1 МБ, формат pdf

Прочие книги см. на



WWW.ON-ISLAND.NET 




Коллекторские услуги и коллекторские услуги рейтинг сайтов

Лекарство от холеры.

В моих заметках о "Ревизоре" и в ходе затеявшегося обсуждения несколько раз упоминалось стихотворение "Лекарство от холеры" - ложно приписывалось Пушкину - и сам холерный, 1830-31 год.  Сопутствующий, побочный и любопытный материал - отрывок из Шильдера о предписанных властями лекарствах от холеры с последующими разрушениями и жертвами.

Впрочем, рекомендации "А если требует того необходимость, то должно одеваться теплее и никак не выходить без обуви" стоит следовать и в наши дни, равно как и "Запрещалось выходить из дому, не омывши всего тела" - судя по ароматам в общественном транспорте...

Collapse )

  



ТМГ-630

(no subject)

Добавлено:

 Ю.М.Лопухин. Болезнь, смерть и бальзамирование В.И.Ленина. Правда и мифы.

"Взгляни на лик холодный сей..." Болезнь, диагнозы, лечение, смерть, бальзамирование, уход за телом. Автор книги: Лопухин Юрий Михайлович доктор медицинских наук, профессор, академик Российской Академии медицинских наук, заслуженный деятель науки России, директор НИИ физико-химической медицины. С 1951 г. сотрудник лаборатории при Мавзолее Ленина. Принимал участие в бальзамировании Г. Димитрова и Хо Ши Мина. Основная специальность — хирургическая анатомия и экспериментальная хирургия. Автор 320 научных работ, в том числе 12 монографий и учебников. Лауреат трех государственных премий в области науки.


фотоаппараты fuji