Category: животные

Category was added automatically. Read all entries about "животные".

Ко дню кошек.

Прежний сосед наш по даче, дядя Вова, был вдовец, отчасти психопат и прикладывался к стопочке.

И у него была вражда с бездомным палевым и ледащим котом. Вражда дошедшая до градуса истерической ненависти. Палевый бил птиц на участке дяди Вовы, разбрасывая по газону кровавые птичьи кишки и перья; орал ночами; увечил лапой кабачки на грядке; в особенности же дразнил хозяина, сидя на ветке над забором перед верандой и зыркая, а когда дядя Вова переходил в наступление - тикал, показав прежде подхвостье.

Тикал он прежде, чем Дядя Вова с камнем или иным снарядом подходил на дистанцию эффективного поражения.

- Было бы у меня ружьё - распространялся сосед, сидя у нас в саду (о чём бы ни шла речь, мысли его непременно обращались к неутолённой мести) - я бы его...

Грешен. Именно я подал ему идею о рогатке, указав, что некогда этот предмет ребячьей забавы был натуральным, убойным оружием негрских племён. Я же присоветовал ему и материал для, так сказать, упругого элемента. Более того. Поскольку дядя Вова, был вдовец, психопат, прикладывался к стопочке и руки у него были уже не те, я сам и изготовил для него рогатку. И даже присоветовал бить шариком подшипника.

Влепив в сторону кота, он - что ничуть не удивительно - попал в забор. Забор же был железным, из листа; так что грохот пошёл далеко окрест, а в листе образовалась изрядная вмятина. Уточню: то, что окрест пошёл грохот я предполагаю, потому что в тот день меня на даче не было. А вот вмятине очевидец, потому что мне показал её сам дядя Вова - когда я, при случае, полюбопытствовал об его успехах в стрельбе по коту из рогатки. Тогда он и подвёл меня к забору и показал вмятину.

- Видишь - сказал он - а я ведь мог бы убить его. Если бы попал. Теперь я его прикармливаю и хочу приручить.

Действительно, внизу забора стояло блюдце с молоком и кусок подвядшей варёной колбасы на клоке полиэтиленового пакета.

- Пока не идёт, но я его приручу, и он будет жить у меня - заключил сосед.

К сожалению, я не знаю конца этой истории. Вскоре пришла осень, дачный сезон закончился. Весной и летом, я, занятый делами, наезжал на дачу урывками, поспешно; а потом как-то и вдруг выяснилось, что дядя Вова куда-то съехал и дача пустует. Пустует и по сей день, даже и не продана.

Но всё же у меня есть толика надежды на хороший конец. Дело в том, что одновременно пропал из виду и палевый кот, так что я не исключаю, что дядя Вова приручил кота - или наоборот - и что они проживают теперь где-то вместе, вдвоём, душа, как говорится, в душу; ибо всему свое время, и время всякой вещи под небом.

All you need is.

Я был в гостях.
Компания разделилась: одни упёрлись в обсуждение деятелей современной политики; другие - в толки о нраве новопоселённой в дом собаки хаски.

Первые составили кружок, откуда неслось: "Путин - гондон! - Нет! Путин - велик!!! Ходорковский... Крым... Навальный... Всё пропало... Всё воскресает..."

Мы оставили их в личном их, рукотворном их, лепрозории. И обсуждали нового сочлена в семействе хозяев дома: молодую собаку хаски по клчке "Бастинда".

Это само очарование. Она серебристая. Она пушистая. Она беспредельно ласковая. У неё голубые глаза.

- Она не сторожит дом! Она ко всем ластится - гневался хозяин, тиская несторожевую свою собаку.
- Она таскает со стола - жаловалась хозяйка, лицемерно подавая под стол кусок деликатесной рыбы.
- Ваще дура - сообщала с высоты положения хозяйская дочь, глядя на собаку таким взором, какого ни разу за весь вечер не удостоился сидящий рядом ея жених.

Потом мы оставили лепрозорий в доме за обсуждением гондона Трампа и вышли в зимнюю ночь. Мы ходили по колено в пушистом снегу; мы выкрикивали что-то замечательное в свежесть морозного воздуха; мы валялись в сугробах и тискались с пушистой и радостной собакой хаски.

Бог даст тем, кому это нужно, всяких путиных, трампов и прочих гондонов с горкой.

Бог даст понять нам, кто хотят радости, то, что нам не нужны сторожа и слуги и умствования - но только любовь. Только любовь. И немного денег - чтобы закусить, выпить, и, выйдя в серебряное зимнее волшебство, валяться в снегу с собакой хаски.

С наступающим Рождеством Христовым вас, всех, кто понимают это - или обязательно поймут.

Зверь По Имени Кот.

Несколько дней назад, друзья подкинули нам кота породы мейн-кун. Сами они местные, но уехали по срочной надобности загород. И принесли.

Он ангел. Он лучший в мире диванный валик. Он толстая палевая пушистая сосиска. Три раза в день, он оставлял пост диванного валика, преображался в толстую лохматую гусеницу, и струился к миске; опорожнив миску в два глотка, он струился в сортир, делал кучку или лужицу в лоток, а потом снова принимался нести службу диванного валика.

Он нёс эту службу днём и ночью; Будучи подложен под бок – грел; будучи почёсываем – пел песенку. За три дня он занял прочное место в наших сердцах. Он, правда, немного храпел – но никто не совершенен.

И вот его пришли забирать. И он преобразился в чудище. Он дыбился; пушил хвост; разевал страшную красную пасть; он рявкал на пришедших хозяев; он покидал нас в злобе и неприятии будущего.

Мы, удивившись, спросили – отчего такие эмоции в коте, увозимом домой; мы, наперебой, описали его прежнее ангелоподобие, и застыли в вопросе.

- А вы что же, с ним не играли? – с неудовольствием задали встречный вопрос хозяева кота.
- Нет! Он спал!
- А надо играть! Обязательно! Иначе зажиреет – мы вот играем! Постоянно! Ежедневно! – и хозяева поволокли своё бушующее чудище в морозную ночь.

Под катом умилительная картинка британского анималиста для большего драматического эффекта.

Collapse )

Глядя овамо и семо.

Когда каждый день по паре часов тренируешься на велосипеде в парке, встречаешь и видишь многих московских людей в их незатейливых и затейливых занятиях на отдыхе и для здоровья.

Видел я девицу с шестью собаками на сворках. И собаки все разнокалиберные: от огромного угольно-чёрного зверя разбойничьего вида, до маленького жёлтого комка шерсти. Я спросил: «А почему так много и все такие разные?» Выяснилось, что это у них такое дежурство в малоквартирном доме. Дежурство по утреннему выгуливанию собак, в очередь. «Смирные какие - восхитился я - и не ссорятся? Поводки не путают, не убегают?» - «Собака умный зверь!» - нравоучительно отметила девица.

Ещё я видел странных людей - должно быть, секта. Они становятся в круг, в центре - жрец. Одёты легко, но пёстро. Жрец запрокидывает голову, топчется, делает руками так, словно объемлет небо, и гудит. И паства его подражает - все они объемлют небо, топчутся и гудят. Пятами землю содрогают, гуденьем зыблют небеса, так сказать. «Это вы зачем, извините?» - спросил я. «Солнце вкушаем» - сердито ответил мне босой адепт в купальных трусах. Я смущённо уехал.

А иная секта бродит с лыжными палками в руках. Словно толпа калик-перехожих. Одни волочат палки за собой. Другие на них опираются. Третьи растопыривают, мешая проезду. Вообще, мешают они ужасно, ибо ходят нестройными толпами и у всех в ушах наушники с музыкой. Называют себя любителями скандинавской ходьбы. Полным-полно у нас в парке шведов, так сказать. И недавно в этой секте образовалось подсекта бега с отягощением. Это когда человек надевает на себя жилет, отягощённый специальными пластинами для веса, и бегает. Некоторые из таких сектантов явно бегут за апоплексическим ударом, судя по их виду. Я им очень сострадаю.

Ещё я встретил собрата на велосипеде - и вместо одной ноги от верхней трети голени у него протез. Едет неплохо. Ритмично и мощно. Я сказал ему, что поражён, восхищён, и дай Бог ему здоровья. «Это чтобы не жиреть - сказал он. - Жизнь стала малоподвижная, надо. Два года тренируюсь, теперь втянулся, нормально». Ногу ему покалечило на рыбалке, винтом моторки.

А в один воскресный день, я вдруг обратил внимание, что с детьми - всякими, от сосунков до подростков - гуляют и занимаются всякими играми и физическими упражнениями более женщины, нежели мужчины. Беглый подсчёт дал следующее соотношение: одних женщин с детьми - 60%; пар - 30%; одних мужчин - 10%. Здесь, видимо, кроется какая-то глубокая социологическая истина, но она ускользает от меня.

Гондоны его детства.

“History!” writes Bokonon. “Read it and weep!”
K. Vonnegut. Cat’s Cradle


Мой дядюшка. Теперь ему 77. Всю жизнь прожил в Москве, на одной и той же улице, в одном и том же доме, в одной и той же квартире. Работал и сейчас продолжает работать. В прошлом библиоман, теперь библиофоб, заявляющий, что книги украли у него жизнь. Обществу людей предпочитает общество собак, которых у него три, а четвёртую – собаку своего внука - он время от времени приглашает погостить. К старости стал брюзглив и свободное от собак время посвящает поношению властей.

Мы переписываемся. И одна фраза в одном письме, где обсуждались вопросы словоупотребления, побудила меня сподвигнуть его к некоторым воспоминаниям. Судите сами (выдержка из его письма ко мне):

«...в раннем школьном возрасте, когда играл во дворе в казаки-разбойники и искал на помойках гондоны, чтобы надувать их и затем лопать о головы сверстников, я считал, что "ёбаныйврот" - это дно слово».

Нетрудно понять, что гондон и его употребление московской детворой в московском быту конца сороковых годов прошлого века - штука прелюбопытнейшая с точки зрения малой истории Отечества. Возникает множество вопросов: типы тогдашних гондонов? частота и время появления их на помойках? локализация помоек с наилучшим уловом... и т.п. Я обрушил на дядюшку град подобных вопросов, воззвав к музе Клио, коей очень даже стоит и можно послужить, выложив на бумагу воспоминания о московском быте 70-летней давности. Итак, я потщился сподвигнуть дядю к зарисовке под названием «Гондоны моего детства». И дядя сподвигнулся. Ниже - его воспоминание.

Это ты, дорогой мой, действуешь по зову Клио. Мои мольбы – к Мнемозине, но не слышит меня эта богиня, хотя с возрастом глохну я, а не она, бессмертная богиня памяти.

Конечно, постыдно тратить редкие милости Мнемозины на такую тему, как «Гондоны моего детства», но кто же об этом расскажет тебе, как не я. Да и расспрашивать тебе других, предлагая такую тему для воспоминаний, как-то западло, ведь так? Ну что ж, начнём во имя малой истории, хотя предупреждаю, что область твоей любознательности обширнее области моих воспоминаний.

Итак, о гондонах моего детства.

Collapse )

О детях и их детстве.

Дочь попала в хирургию, провёл день с нею, в палате; рядом лежала девочка 11 лет, из Твери. Поломалась на соревнованиях по дзюдо.

Болтали о домашних животных: я, к случаю, рассказал, как сын – да и я – вылупляли в детстве бабочек из гусениц.

Вообразите моё удивление при удивлении девочки: она не знала, как вылуплять бабочек из гусениц! Более того, она не ведала, как выращивать лягушек из головастиков!

Я рассказывал ей, она трепетно внимала. Через несколько времени в палату пришли родители, подъехавшие из Твери, и сразу пустились в расспросы: как рука? Температура? Как кормят? Виды на выписку?

- Папа, мама – отвечала им девочка – летом мы будем вылуплять бабочек из гусениц и выращивать лягушек из головастиков!

Папа и мама вдруг просветлели лицами.

- Да, да! – заговорили они – да! Летом мы будем вылуплять бабочек из гусениц, и выращивать лягушек из головастиков!

- Вот дядя выращивает – девочка показала на меня.

Папа пожал мне руку. Мама исполнила неполный реверанс. Они стали очень довольны.

***
У теперешних детей нет детства. Они не вылупляют бабочек из гусениц, и не умеют выращивать лягушек из головастиков.

Такова, вкратце, педагогическая задача, кою обязаны решить наши учебные заведения.

О том, что Ремизов - это голова.

... Помню (когда уже мы с Ремизовым подружились) он, увидев Гумилева, прохаживающегося вдоль пайковой очереди в роскошной дохе, сказал тихонько, но выразительно: «Искусственный бродит жираф»...
Е.Ф.Книпович, "Об Александре Блоке"

Детектив от Р.Киплинга (1)

Редьярд Киплинг.

Заклятый.

Пер. Crusoe

Сегодня в целом свете осталось одно лишь достойное внимания сообщество: Братство Сборного и Всеобъемлющего Обряда, Истово Воздающее Трём Малым Светочам.* Основал его Уильям Лемминг, партнёр «Лемминг и Ортон, торговля эстампами»; Александр Хей МакНайт – «Эллис и МакНайт, продовольственные товары»; Роберт Кид, член Королевской Академии - терапевт, хирург и акушер; Люис Холройд Бёрджес, табачник, сигарный импортёр – все из Юго-Восточного Лондона – и их ревностный (хотя и недооценённый по заслугам) трудяга-секретарь. Обыкновенно Братство собирается за обедами у мистера Лемминга, в маленьком беркширском поместье, где тот разводит свиней.
---
* Масонская обрядность: три малых светоча - солнце, луна и мастер Ложи; солнце правит днём, луна - ночью, а мастер правит Ложей.

Я пропустил несколько братских обедов, путешествуя за границею, и, вернувшись, успел на летнюю встречу без посторонних: золотистые барабульки в пергаменте, утята с зелёным горошком, петушиные гребешки с оливками, каперсы с вишню. На десерт подали клубнику со сливками и Шато Латур урожая 1903; а в конце появился заветный сигарный погребец с ключом у одного Бёрджеса.

В такой час мужское соображение охотно берёт барьер персональных увлечений, и после жалоб МакНайта на систематическое воровство в трёх его больших магазинах, Бёрджес поведал нам, как прославленный английский астролог по имени Лили, использовал однажды гороскоп для поимки злоумышленника, укравшего мешок с рыбой. Звёзды привели учёного прямо к вору, а также к даме «с семью португальскими луковицами», кто шла курсом вора, не попав в гороскопический перископ. Затем мы удивились, почему детективные авторы редко привлекают астрологию в помощь своим Шерлокам Холмсам; потолковали о журналах, множащих племя незаконных отпрысков великого оригинала; а потом заговорили об убийствах вообще. Кид, пользуясь преимуществами своей профессии, иллюстрировал беседу примерами.

Collapse )

Меткое московское слово.

Подслушано у фруктовых лотков.

- Бери эти бананы, тигровые!
- Да они уже не тигровые, а пантерные! 

 (Я, впрочем, никогда не понимал, отчего чёрно-пятнистый банан называется "тигровым", а не "леопардовым" либо "жирафовым". Но не занудствую и смиренен - был же на свете Орден Зелено-пятнистого тигра!)

Редьярд Киплинг. "Бунт на корабле".

Бунт на корабле.

Редьярд Киплинг
(В ред. сб. Limits and Renewals, 1932гг.)

Пер. Crusoe.

По совету врачей его обглоданный бронхитом остов высадился на остров – перл субтропических морей, земля шекспировского Стефано [1] ; место, лежащее выше широтной границы попугайских гнездовий.

Тем не менее в кроне кедра со всей очевидностью верещали три попугая. Откуда? – «Наши, муж и жена» - ответила девушка, урождённая островитянка. «Мы кормим их на веранде, но живут они сами по себе, ведут дом, родили птенчика».

- Как выглядит птенец попугая?
- О, вылитый еврейский младенчик. Думаю, скоро их станет больше – девушка пророчески улыбнулась.

****

Collapse )