Crusoe (crusoe) wrote,
Crusoe
crusoe

Categories:

Инцидент с Малиновским.

За обсуждением предыдущей публикации вспомнился мне и этот документ. Он, на мой взгляд, интересен. Это запись обсуждения "инцидента с Малиновским". Бравый маршал выпил и высказался. Чжоу Эньлаю. На приёме в Кремле. 8 ноября 1964 года.

Документ взят из книги «Никита Хрущёв. 1964. Стенограммы пленумов ЦК КПСС и другие документы», М., Материк, 2007.

Тов. Кан Шэн. У нас есть горький опыт — все наши неприятности с вами начинались во время обедов.
 .....

ЗАПИСЬ БЕСЕДЫ тт. БРЕЖНЕВА Л.И., КОСЫГИНА А.Н., МИКОЯНА А.И., АНДРОПОВА Ю.В., ГРОМЫКО А.А. С ЧЛЕНАМИ ПАРТИЙНО-ПРАВИТЕЛЬСТВЕННОЙ ДЕЛЕГАЦИИ КНР, ВОЗГЛАВЛЯЕМОЙ ТОВ. ЧЖОУ ЭНЬЛАЕМ.
 
8 ноября 1964 г.
 
До начала обеда в особняке китайской делегации Чжоу Эньлай проявил инициативу побеседовать по некоторым вопросам.
Тов. Чжоу Эньлай. В качестве первого вопроса нашей беседы я хотел бы попросить тов. Брежнева рассказать, как решено поступить с текстом нашего письменного приветствия. Вы мне говорили о том, что, посоветовавшись с вашими товарищами, скажете мне об этом.
Тов. Брежнев Л.И. Мы дадим вам ответ по этому вопросу. Поскольку товарищи из некоторых других делегаций тоже выражали желание выступить с приветствием, было такое мнение — издать сборник, включающий все приветствия. Возможен и другой вариант. Мы обменяемся мнениями по этому вопросу и ответим вам.
Одновременно хотел бы поблагодарить за теплое приветствие, полученное нами от тт. Мао Цзэдуна, Лю Шаоци, Чжу Дэ и Чжоу Эньлая, которое уже опубликовано в нашей печати.
Тов. Чжоу Эньлай. Хорошо. Второй вопрос, которого я хочу коснуться, носит более серьезный характер. Как вы знаете, наша партия и правительство направили в Москву делегацию во главе со мной для того, чтобы выразить чувство дружбы и принять участие в торжествах по случаю 47-й годовщины Октябрьской революции. Вы также подтвердили мнение о том, что этот приезд является дружественным актом.
Тем не менее вчера на приеме в Кремлевском дворце съездов, где присутствовали, в частности, журналисты из западных стран, министр обороны СССР т. Малиновский публично обратился ко мне с оскорбительными и провокационными вопросами. Сначала он заявил мне о том, чтобы мы, китайцы, не занимались бы фокусами в политике. Я понял смысл того, что хочет сказать т. Малиновский, и решил перевести разговор на другую тему. Я сказал ему, что эти фокусы — вещь простая, надо открыть кулисы и их можно увидеть. Однако т. Малиновский на этом не остановился и пошел еще дальше. Он заявил о том, что мы не должны позволять никакому черту замутить наши отношения. Я не успел спросить т. Малиновского, какого черта он имел в виду, как он продолжал говорить о том, что советский и китайский народы хотят счастья, и пусть никакие Мао и Хрущевы нам не мешают.
Вопрос ясен: это провокация и оскорбление. Я не поддался на провокацию и, повернувшись в другую сторону, хотел уйти, т.к. буквально рядом с нами стояли американские корреспонденты и слушали. В это время подошли другие советские маршалы, а т. Малиновский продолжал говорить. Однако я его не слушал, и мой переводчик не переводил. Но другой переводчик слышал сказанное т. Малиновским. Тов. Малиновский, по существу, заявил: мы в Советском Союзе свергли Хрущева, а теперь вы свергайте Мао Цзэдуна. Затем т. Малиновский продолжил разговор с т. Хэ Луном. Он сказал т. Хэ Луну, что у него красивая маршальская форма. На это т. Хэ Лун заметил, что лучше носить френч. Тов. Малиновский согласился с этим и добавил, что лучше носить телогрейку, а затем заявил: «Эту нашу форму на нас насобачил Сталин, а вашу форму на вас насобачил Мао».
Тов. Хэ Луном было сказано, что говорить подобным образом — это ошибочно и неправильно.
Я, — продолжал Чжоу Эньлай, — уже говорил т. Микояну, что лично я слышал лишь первую часть этих высказываний т. Малиновского, где он говорил о том, чтобы никакие Мао и Хрущевы нам не мешали. Я бы мог поступить и по-другому: ответить т. Малиновскому и продолжить наш разговор, что наверняка вызвало бы потрясение у всех присутствующих. Так должен был бы поступить на моем месте любой честный коммунист, тем более, — подчеркнул Чжоу Эньлай, — что речь идет об оскорблении нашей делегации, нашей партии, вождя китайского народа, а также и оскорблении меня лично.
Если бы я пошел на такой шаг, то с моей стороны это был бы нормальный, справедливый и необходимый поступок. Конечно, можно было бы предпринять и другой шаг — обратиться к руководящим товарищам КПСС и Советского правительства с серьезным протестом вчера же на приеме. Тогда, по-видимому, возник бы спор, т.к. возникла бы необходимость выяснить все обстоятельства на месте. Мы, как коммунисты, имели право поступить и таким образом. Однако мы не приняли этих мер, поскольку указанный инцидент имел место сразу после выступления с тостом т. Малиновского, в котором он критиковал американский империализм. Затем т. Малиновский стал обходить всех присутствующих, а я подошел к советским маршалам, чтобы предложить выпить за дружбу наших двух народов и за дружбу между нашими армиями. В этот момент т. Малиновский и выступил со своим оскорбительным провокационным заявлением. Если бы мы сразу дали ему отпор, то тем самым это явилось бы хорошей «пищей» для корреспондентов западных империалистических стран.
Мы постоянно заявляли, что надо очень осторожно подходить и продумывать действия, которые могут радовать врагов и огорчать друзей. Что имел в виду т. Малиновский и как понимать его оскорбительное обращение к нам сразу после того, как он выступил с резкой критикой американского империализма? Вполне ясно, что такое заявление по адресу партийно-правительственной делегации КНР практически аннулировало смысл его выступления с тостом. Это — «хрущевщина». Я сам видел, как американский посол с улыбкой наблюдал за выступлением т. Малиновского. Затем, как сказал мне т. Микоян, вы обменивались мнениями по поводу тоста т. Малиновского и пришли к выводу, что он выражался чересчур остро.
Тов. Микоян А.И. Это я вам сказал о своей точке зрения.
Тов. Чжоу Эньлай. Подобные выступления показывают лишь слабость перед врагами. Так поступал Хрущев. Но американские империалисты видели его насквозь. Мы же, как ваши союзники, испытывали в этой связи горечь. Я вспоминаю, как в 1954 году, когда после Женевского совещания меня пригласили в Советский Союз, в выступлениях Хрущева проявлялась то слабость, то твердость. Но американские империалисты видели его насквозь. Это лишь приносило ущерб авторитету Советского Союза. Высказывания т. Малиновского носили оскорбительный для китайского народа, китайской компартии и ее вождя характер.
Такова первая причина, в силу которой я не дал отпор высказываниям т. Малиновского сразу на месте. Если бы на его месте был Хрущев, то я сделал бы это сразу. Однако это был т. Малиновский. Мы приехали к вам, чтобы выразить наше поздравление и дружественные чувства. Если бы это была внутренняя беседа или дело происходило на приеме с участием только представителей братских партий, я бы сразу дал отпор. Однако это произошло на приеме с участием широкого крута приглашенных, поэтому я решил воздержаться и рассказать об указанном инциденте сегодня. Это не фокусы. Именно так должны подходить к решению таких вопросов коммунисты. Вторая причина, почему я сразу не дал отпор высказываниям т. Малиновского, заключается в том, что я хотел выяснить все детали. На приеме я не спрашивал у т. Хэ Луна, чем кончился разговор с т. Малиновским, а узнал об этом позже.
Тов. Брежнев Л.И. Для нас это тоже новость. Мы не знали деталей.
Тов. Чжоу Эньлай. Если бы я стал выяснять все обстоятельства на приеме, то это привлекло бы всеобщее внимание. Вторая причина заключается также еще и в том, что этот вопрос не решить с помощью какого-то протеста. Характер и значение этого вопроса более серьезны, чтобы реагировать только протестом. Вернувшись с приема и изучив все обстоятельства, я пришел к выводу, что это вопрос не только одного т. Малиновского. Такие мысли имеются не только у одного него. Я имею в виду товарищей в вашем ЦК. Поэтому сегодня я решил официально поставить вопрос перед тремя руководителями КПСС и Советского правительства и надеюсь, что он будет решен. Как надо это понимать — неужели одна из целей вашего согласия на приезд нашей делегации состоит в том, чтобы нас здесь публично оскорблять и провоцировать? Далее. Можно ли считать, что, как об этом говорил т. Малиновский, вы рассчитываете на то, чтобы мы поступили с Мао Цзэдуном так же, как вы с Хрущевым, сняв его с занимаемых постов? Об этом говорил другой советский маршал, который вчера нам заявил: всякому овощу свое время.
Тов. Микоян А.И. Какой маршал?
Тов. Чжоу Эньлай. Лично я не слышал этого высказывания.
Тов. Брежнев Л.И. Может быть, это не относилось к Мао Цзэдуну?
Тов. Чжоу Эньлай. В разговоре шли параллельно две мысли: о снятии Хрущева и о желании снять Мао Цзэдуна. Можно было понять эти высказывания как подстрекательство к смещению Мао Цзэдуна. Но на этот счет я не уверен.
Тов. Хэ Лун. За нашими спинами близко стояли два американских корреспондента.
Тов. Чжоу Эньлай. Если кто-либо строит такие планы, то это тщетные попытки и иллюзии. Это ни на йоту не ущемляет авторитета т. Мао Цзэдуна, но это величайшее оскорбление и провокация для китайского народа и Компартии Китая. Разве это может способствовать улучшению отношений между двумя партиями и двумя странами? Это может привести лишь к ухудшению отношений между ними. В-третьих. Можно ли так понять, что в ЦК КПСС имеется точка зрения, согласно которой принципиальные разногласия и споры между нашими двумя партиями сводятся к личным спорам между двумя руководителями — Мао Цзэдуном и Хрущевым, а также к личному характеру и личным качествам этих двух руководителей. Так утверждают империалисты. Но такой вывод напрашивается из высказываний т. Малиновского. Именно поэтому я и должен был официально поставить эти вопросы в беседе с руководителями КПСС и Советского правительства. Этот вопрос необходимо разрешить, иначе о чем мы можем дальше беседовать?
Тов. Брежнев Л.И. Прежде всего, хотел бы сказать от имени Президиума и ЦК КПСС, что мы удовлетворены тем, что ЦК КПК решил послать такую представительную делегацию во главе с т. Чжоу Эньлаем в Москву. Мы это расценили как весьма важный факт и дали согласие на ваше предложение. При обсуждении этого вопроса на Президиуме и вплоть до сегодняшнего дня у нас было только положительное отношение к вопросу о приезде вашей делегации. Мы рассматриваем это как важный шаг в деле установления контактов для улучшения отношений по партийной и государственной линиям. При рассмотрении этого вопроса на Президиуме т. Малиновский не участвовал, поскольку он не является ни членом, ни кандидатом в члены Президиума.
Тов. Микоян А.И. При обсуждении не присутствовал ни один маршал.
Тов. Брежнев Л.И. Мы руководствовались интересами укрепления дружбы между КПК и КПСС и намерены руководствоваться этим в дальнейшем. Хочу подчеркнуть еще раз, что мы расцениваем решение ЦК КПК о направлении делегации в Москву как очень важный шаг, который будет способствовать нормализации обстановки, преодолению имеющихся разногласий. Таково наше отношение к приезду вашей делегации. Вчера поздно вечером от т. Микояна я узнал о первой части вашего разговора с т. Малиновским.
Тов. Косыгин А.Н. Я тоже вчера узнал об этом факте, который вызвал у нас возмущение.
Тов. Брежнев Л.И. Поскольку разговор у нас проходит в духе полной откровенности, я могу сказать, что этот факт нас возмутил. Заявление т. Малиновского не только не отражает мнения ЦК КПСС, но вообще он не имел права даже собственное мнение выражать в подобной форме. Мы признательны т. Чжоу Эньлаю за такт, который он проявил на приеме, в связи с заявлением т. Малиновского, а также за откровенность, с которой вы высказались по этому вопросу.
Сегодня я позвонил т. Малиновскому по телефону и спросил его о беседе с т. Чжоу Эньлаем. Тов. Малиновский пояснил, что он не хотел ничего другого, как выразить заботу об укреплении дружбы между нами, и сказал при этом, что смена руководства способствует улучшению отношений. Он согласился, что, возможно, неудачно сформулировал свою мысль, и в связи с этим готов принести личные извинения. Что касается сказанного вами о том, что это мнение т. Малиновского отражает мнение ЦК КПСС, то мы хотим вам заявить, что это не так. Разумеется, если бы это хоть в какой-либо степени отражало мнение нашего руководства, то вы могли бы рассматривать это как оскорбление т. Мао Цзэдуна, ЦК КПК и вашей делегации. Но повторяю, что это совсем не так. Просто человек выпил и в нетрезвом виде неудачно сказал.
Нам известны настроения наших маршалов и руководителей Министерства обороны. Они хорошо относятся к Народно-освободительной армии Китая, китайскому народу и КПК. Такого мнения, например, придерживаются тт. Чуйков, Соколовский, Захаров и другие. И если реплику «всякому овощу свое время» бросил т. Захаров, то могу уверенно сказать, что она относилась только к т. Хрущеву.
Тов. Чжоу Эньлай. Я не могу с определенностью сказать, чьи это слова. Тов. Захарова я хорошо знаю. С ним я работал более года в Пекине.
Тов. Брежнев Л.И. В разговоре со мной т. Малиновский сказал, что его неточно поняли, но он все равно готов принести официальное извинение. Я думаю, что он принесет официальное извинение. Мы выражаем сожаление, что имел место такой факт. Думаю, что вы должны нам в этом поверить и это не должно помешать нашей совместной работе, которая имелась в виду.
Тов. Чжоу Эньлай. Этот вопрос носит особо серьезный характер потому, что он возник на таком широком приеме, какой состоялся вчера по случаю 47-й годовщины Октябрьской революции. Кроме того, это заявление сделал не кто иной, как министр обороны, причем после своего тоста, в котором он осудил американский империализм. Это не могло не вызвать у меня соображений, которые я изложил. Что касается заявления о том, что т. Малиновский выпил и сказанное им не отражает его чувств, то это лишь подтверждает мои сомнения.
Мы — марксисты и сторонники диалектического материализма. Бытие определяет сознание. Если бы у него не было в голове таких мыслей, то он не смог бы их высказать. У нас есть пословица: «Выпивши — говорят правду». Я тоже люблю иногда выпить. Однажды Хрущев напоил меня допьяна. Вы можете поинтересоваться об этом у Молотова, правда, он сейчас уже не работает министром иностранных дел, или у сопровождавшего меня т. Федоренко. Я был тогда абсолютно пьян, но ни о чем подобном не говорил. Если бы у человека в голове не было бы таких мыслей, то он не мог бы их высказать, а т. Малиновский вчера говорил логично и по порядку. Почему же со мной этого не произошло? Тов. Федоренко еще жив и работает, и можно через т. Громыко проверить, так ли это.
Тов. Микоян А.И. Мы с вами выпили, но ничего такого не произошло.
Тов. Чжоу Эньлай. Как министр обороны, он не может так объяснять свои действия. Наш бывший министр обороны Пэн Дэхуай допустил по отношению к корейским товарищам великодержавно-шовинистическую ошибку, и мы сняли его за это. Я не вмешиваюсь в ваши внутренние дела. Что касается Пэн Дэхуая, то он действительно допустил великодержавно-шовинистический подход и пытался вмешиваться во внутренние дела КНДР. Как вы помните, в 1956 году наши товарищи вместе с т. Микояном ездили в Корею в связи с этим делом.
Тов. Микоян А.И. Пэн Дэхуай добивался смены Ким Ир Сена.
Тов. Чжоу Эньлай. Мы тоже пришли к выводу, что Пэн Дэхуая надо снять с работы, а Хрущев не разделял этого нашего мнения.
Тов. Микоян А.И. Нет, в этом отношении он разделял вашу точку зрения о Пэн Дэхуае. Хрущев поддерживал Пэн Дэхуая в связи с его письмом в адрес ЦК КПК.
Тов. Чжоу Эньлай. Не будем касаться этого вопроса. Выяснив, что Пэн Дэхуай хотел вмешаться во внутренние дела корейских товарищей, мы сочли это одной из его серьезных антипартийных ошибок, у него были и другие серьезные ошибки. Поэтому мы не раз разъясняли корейским товарищам, что Пэн Дэхуай допустил ошибку и должен нести ответственность за нее. Я привел пример из нашей практики. Что касается того, как братская партия поступит с ошибками своих товарищей, то это ваше дело. Я не буду этого касаться.
Тов. Брежнев только что говорил: «Во-первых, товарищи из Президиума обменивались мнениями по поводу высказывания т. Малиновского, то есть еще до того, как я изложил все обстоятельства, и вы заявили, что в ЦК и Президиуме не было таких мыслей, которые выразил т. Малиновский».
Тов. Микоян А.И. На последнем Пленуме ЦК КПСС их тоже не было.
Тов. Косыгин А.Н. Вы могли видеть это и по настроению нашего народа, ведь вас везде тепло встречали.
Тов. Чжоу Эньлай. Во-вторых, т. Брежнев сказал о том, что по заявлению самого т. Малиновского, последний неудачно выразился. Я принимаю во внимание заявление т. Брежнева из этих двух пунктов. Вместе с тем я оставляю право на то, что наша делегация, обсудив этот вопрос, вернется к нему в другой раз.
Тов. Брежнев Л.И. Мы хотим, чтобы вы нам верили, это не мое личное мнение, а мнение Президиума ЦК КПСС.
Тов. Чжоу Эньлай. Делегация обсудит эти обстоятельства и выскажется.
Тов. Микоян А.И. Когда т. Чжоу Эньлай рассказал мне о разговоре с т. Малиновским, я, зная мнение Президиума, немедленно осудил высказывания т. Малиновского.
Тов. Брежнев Л.И. Я узнал об этом разговоре, когда уже провожали гостей с приема.
Тов. Микоян А.И. Если бы у нас было подобное мнение, то я не стал бы сразу осуждать высказывания т. Малиновского.
Тов. Косыгин А.Н. Сегодня идет ответственный разговор. Поскольку вы поставили серьезный вопрос, то мы хотим сказать, что вы при обсуждении его у вас в делегации должны учесть, что сказанное т. Малиновским никакого отношения к нам не имеет. Мы официально заявили вам мнение нашего ЦК. Мы полностью на 100 процентов присоединяемся к тому, что сказал т. Брежнев, и вы можете нам поверить. Конечно, вокруг этого вопроса можно многое нагнетать. Мы ни в какой степени не оправдываем т. Малиновского и возмущены. Я хотел бы не в оправдание т. Малиновского привести один пример. Мы вместе с т. Малиновским стояли на трибуне Мавзолея В.И. Ленина и говорили о разногласиях с Компартией Китая, т.е. по вопросу, который нас волнует. Тов. Малиновский говорил мне, что он лично и все советские маршалы рады приезду делегации КПК и предпринимаемым усилиям на пути к устранению разногласий. Я был уверен, что он на все сто процентов согласен с мнением нашей партии о развитии контактов с Компартией Китая. Для нас явилось неожиданностью сказанное им в разговоре с вами. Вы, наверное, заметили, что он и тост произносил в возбужденном состоянии и наговорил того, что не следовало.
Тов. Чжоу Эньлай. В отношении врагов это можно делать.
Тов. Косыгин А.Н. Я излагаю вам тонкости, нюансы. Мы сами ищем объяснения, чтобы все взвесить.
Тов. Чжоу Эньлай. Тов. Косыгин просит обратить внимание на то, что ЦК КПСС официально опровергает заявление т. Малиновского. Но я хочу откровенно сказать, что я уверен, если бы я вступил с т. Малиновским в разговор, то он наговорил бы мне еще больше.
Тов. Микоян А.И. Он и так достаточно наговорил.
Тов. Чжоу Эньлай. Я решил не обращать на это внимания.
Тов. Брежнев Л.И. Мы это ценим.
Тов. Кан Шэн. Я не присутствовал при разговоре с т. Малиновским. И когда после приема т. Чжоу Эньлай мне о нем рассказал, я был очень удивлен.
Тов. Брежнев Л. И. Мы тоже были удивлены.
Тов. Кан Шэн. Это напомнило мне события, имевшие место около пяти лет назад на приеме в честь участников совещания Политического Консультативного Комитета стран — участниц Варшавского договора, когда Хрущев оскорбил т. Мао Цзэдуна. Я не удивился словам Хрущева, когда он оскорблял наших товарищей, т.к. знал, что он может городить чепуху. Но я был очень огорчен тем, что произошло, в условиях, когда Хрущева сняли и когда мы приехали поздравить вас с праздником.
Мы, конечно, привыкли к различным оскорблениям в адрес КПК и т. Мао Цзэдуна со стороны людей разных мастей. Это не принесет никакого ущерба КПК и т. Мао Цзэдуну. Но меня сильно обеспокоило то, что с таким заявлением прямо руководителю нашей делегации выступил т. Малиновский. Мы все стремимся к устранению разногласий, сплочению перед врагами. Разве такое заявление в присутствии американских корреспондентов может принести пользу делу сплочения наших рядов? Мы приехали с намерением улучшить наши отношения по партийной и государственной линиям. Заявление с оскорблением нашего руководителя не принесет пользы этому. Я верю, что советский народ тепло, одобрительно относится к приезду нашей делегации, что он не позволил бы сделать такие заявления. И если я повторил то, что уже было здесь сказано, то я сделал это потому, что я вспоминаю свою вчерашнюю беседу с т. Кириленко. В то время, когда т. Малиновский беседовал с т. Чжоу Эньлаем, со мной беседовал т. Кириленко. Тов. Кириленко так характеризовал меня: «Вы, тов. Кан Шэн, были хорошим другом советского народа, а сейчас являетесь плохим другом». Я, конечно, не хотел спорить с т. Кириленко, и ответил ему так: «Я был, есть и буду хорошим другом советского народа». Если бы мы не являлись хорошими друзьями советского народа, мы бы не приехали к вам. Что касается оскорблений в мой адрес, то каждый раз, когда я приезжал сюда к вам, я слышал это со стороны Хрущева. Каждый раз я давал отпор этим оскорблениям. Но вчера т. Кириленко заявил, что я не являюсь хорошим другом советского народа, и мне это было очень неприятно. Я не хотел вызвать спор. К нам подошел т. Андропов, и мы разошлись.
Тов. Чжоу Эньлай. Мы решили обсудить этот вопрос сегодня.
Тов. Брежнев Л.И. Когда мы приглашали вашу делегацию, мы руководствовались самыми хорошими побуждениями. Они отражают мнение всего нашего коллектива. У нас не было по этому вопросу никаких разногласий.
Нас глубоко огорчает то, что сказал т. Малиновский, и новые обстоятельства. О беседе т. Кан Шэна с т. Кириленко. О последней я ничего не могу сказать, поскольку ничего об этом не слышал. Мы хотим, чтобы вы с доверием и уважением отнеслись к мнению руководства КПСС.
Наше решение о приглашении китайской делегации было искренним и открытым. Мы сообщили о нем всем братским партиям социалистических стран еще до вашего приезда в Москву. Это тоже выражение нашей дружбы с КПК.
Тов. Чжоу Эньлай. По этому вопросу я могу сказать так: я принимаю к сведению мнение т. Брежнева из двух пунктов, добавление тт. Косыгина и Микояна, а также только что сказанное т. Брежневым. Мы должны со всем вниманием отнестись к мнению т. Брежнева как первого секретаря ЦК КПСС и как к мнению Президиума ЦК вашей партии.
Тов. Брежнев Л.И. Мы признательны т. Чжоу Эньлаю за такой подход к делу и просим передать ЦК КПК, что в наших отношениях с вами мы хотим быть искренними. Какую бы горькую правду нам ни приходилось говорить друг другу, мы будем искренними и честными. Я хочу положить начало этому в сегодняшней беседе.
Тов. Чжоу Эньлай. В начале беседы я излагал вам мысли и варианты возможных шагов с нашей стороны в связи с высказываниями т. Малиновского. Теперь я предлагаю перейти к вопросу о порядке нашей встречи. Мы предлагаем встретиться несколько раз, может быть два-три раза. Все зависит от вашего времени.
Тов. Брежнев Л.И. Если потребуется провести несколько встреч, то мы готовы к этому.
Тов. Чжоу Эньлай. Может быть, в качестве начала мы договоримся о проведении двух-трех встреч. В случае надобности их можно будет продолжить. Время проведения этих встреч зависит от вас.
Тов. Брежнев Л.И. Дело в том, что делегации некоторых братских партий тоже хотят встретиться с нами по своим вопросам. Мы постараемся сделать так, чтобы это не помешало нашим переговорам.
Тов. Чжоу Эньлай. Мы понимаем вас. Может быть, сейчас мы пообедаем, а если вы завтра сможете, то мы проведем встречу. С нашей стороны никаких трудностей нет.
Тов. Брежнев Л .И. Завтра мы устраиваем прием в честь иностранных делегаций, прибывших на празднование 47-й годовщины Октябрьской революции. Обстановка не позволит вести там деловые разговоры.
Тов. Кан Шэн. У нас есть горький опыт — все наши неприятности с вами начинались во время обедов.
Тов. Косыгин А.Н. Давайте теперь сделаем наоборот.
Тов. Чжоу Эньлай. Мы просили бы вас сообщить нам сегодня вечером о времени завтрашней встречи.
 
* * *
После беседы состоялся обед, на котором присутствовали все участники встречи.
Тов. Чжоу Эньлай и члены делегации КНР старались создать теплую атмосферу, предложили тосты за дружбу и сплоченность наших партий, за руководство КПСС и Советское правительство.
В ходе беседы т. Чжоу Эньлай рассказал, что народнохозяйственный план КНР на 1965 год утвержден в сентябре с. г. в ЦК КПК и правительстве КНР и будет представлен на рассмотрение 1 сессии ВСНП третьего созыва в конце декабря с.г. В остальном беседа носила протокольный характер.
На беседе присутствовали члены партийно-правительственной делегации КНР: тт. Хэ Лун, Кан Шэн, Лю Сяо, У Сюцюань, Цяо Гуаньхуа, Пань Цзыли, советник делегации Яо Чжэнь, четыре китайских переводчика, а также зав. сектором Отдела ЦК КПСС т. Рахманин О.Б., переводчики Кудашев Р.Ш. и Рогачев И.А.
 
Беседу записали тт. КУДАШЕВ и РОГАЧЕВ
РГАНИ. Ф. 3. Оп. 16. Д. 562. Л. 25—37. Подлинник. Машинопись.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 9 comments