Crusoe (crusoe) wrote,
Crusoe
crusoe

О галаксе.

Флеш-моб от Романа Львовича. Условия:

1. Вы соглашаетесь в комментариях участвовать в игре.
2. Автор дневника даст вам слово.
3. На это слово вы должны написать пост у себя в дневнике. То есть это слово будет темой вашего поста. Ваша цель – изложить в нем ваши мысли касательно данного вам слова. А уж какие мысли – зависит от слова, которое вам дали, оно и определит, каким будет ваш пост – серьезным, глубоким, смешным, ироничным, развлекательным и т.д...
4. Вы копируете к себе правила игры и пишете свой пост.

***
Мне досталось слово «галакс»; извольте – «г» - четвёртая буква русского алфавита, «а» – первая… 4 + 1 + 13 + 1 + 12 + 19 = 50.

50? Пусть это будет возраст. Граница старости. Климактерическое число. «Что за этой границей? - тревожно размышляет юбиляр – как оно там?» По всякому; но тот, кто смолоду был наблюдателен, имеет некоторый предварительный запас знаний о жизни за занавесью этого срока.

Когда я отмечал свой галакс – назовём это так – и когда подали чай - я вдруг увидел вещую картинку в блюдце с вареньем. Я увидел дачу друга моего Миши Л., Малаховка, год эдак 78-80й; летний вечер; солнце садится; мы выпиваем и закусываем у обширного деревянного стола; только подали чай.

Надо сказать, что семейство Миши Л. умело выращивать одну культуру – рябину. Благо она сама росла. И делало на основе рябины два непревзойдённых продукта (1) настойку спирта на рябине и, (2), рябиновое варенье. Первый продукт бил наповал, в мозг и ноги одновременно; второй был краснее крови, липок и сладок, как смертный грех. Ещё они пытались делать вино, но от рябинового вина случался быстрый понос, и идею признали порочной.

Итак, на столе появилось рябиновое варенье. Мы ели его и пили чай. В тот раз за столом оказалась некоторая старая-престарая родственница Миши Л. – худая старуха - костяк, обтянутый морщинистой коричневой кожей; высокая; с горящими глазами и очень-очень пронзительным голосом. И голос этот, проникая повсюду, рассказывал, отчего ей нельзя сладкого. Сладкого нельзя было из-за заболеваний, а заболеваний – в костяке и под пергаментной кожей – кишело множество. Пронзительный голос, не переставая, размеренно декламировал:

- Мне сладкого нельзя – артрит – ишиас – подагра – почечуй – люмбаго – вертижки – давление – язва – туркестанская - болотная - злокачественная – лихорадка – фу – рун – ку - лёз….

Но человек ко всему привыкает. Через несколько времени пронзительный перечень заболеваний стал рефреном, одним из звуков летнего вечера. Чай кончился. Мы отвалили от стола, начали разбредаться, помышляя о дальнейшем, как вдруг монолог об ишиасе и язве выпал из звуковой палитры окрестного мира и сменился утробным гулким воем.

Костяк выл ротовым отверстием, а модулятором звука был некоторый красно-синий колтун, торчащий между губ наружу.

Старуха выла, вздев горе десницу, а по перстам её и запястью медленно струилось красное.

Учтите и лучи заката, для полноты картины. Но не стану более интриговать. Всё просто – когда все отвернулись от стола и разговор не обязывал более, бабка сунула руку в банку, ухватила жменю варенья, потянула сладость в рот… вместе с парой полуутопших ос. На даче Миши Л. водились множество ос. И осы тяпнули старушку в грешный ея язык.

Тут нашёлся Лев Б., гарный хлопец, в расцвете двадцатилетней сияющей мужественности. Он быстро сообразил, что делать. Он принял единственное, безошибочное решение. Он заорал:

- Мама! Мама!

И пришла мама Лёвы – 40 – около того - лет работы в хирургии; из них 3 года – на войне. Оценка ситуации заняла секунды.
Потом последовала зычная команда:

- Лёд! Лёд!

Лёд нашёлся. Отмечу для молодых читателей моего ЖЖ – в конце 70-х холодильник с морозильником был уже изобретён. И советские люди имели его. Некоторые даже по два холодильника. Или по три. Чтобы хранить в них продукты питания.

Так вот, красно-синий колтун стал обложен ледяными кубиками, быстро принял форму человеческого языка, зашевелился и ушёл внутрь, в ротовое отверстие; а вздетая горе десница, орошённая багряным - десница эта начала совершать движения вверх-вниз, вверх-вниз, к небу – к земле с нарастающей амплитудой; потом локоть коснулся крышки стола; потом застучал по столу: тук – тук – тук – а затем, под ритм, пошла и декламация:

- Мне сладкого нельзя – артрит – ишиас – подагра – почечуй – люмбаго – вертижки – давление – язва – туркестанская - болотная - злокачественная – лихорадка – фу – рун – ку - лёз….

….
Вот что привиделось мне тридцать лет спустя, за столом собственного моего галакса. Старость: устойчивое, размеренное мироощущение; прочные взгляды; мораль, господа! – и нравственность; трепетная забота о здоровье и – если случай выйдет – молниеносный бросок за запретным. Завидный модус! Так бьёт кобра после монотонного мотания клобуком. Да, галакс, сверстники мои. Будем мудры, как змеи. Что до голубиной кротости – повременим.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 19 comments