Crusoe (crusoe) wrote,
Crusoe
crusoe

14-е декабря в С-Пб глазами Карамзина.

...
Разразилось 14 Декабря. Мы знаемъ уже изъ всей жизни Карамзина, какое мнѣніе онъ имѣлъ о всѣхъ насильственныхъ переворотахъ, о либерализмѣ новаго времени, не только въ Россіи, но и въ Европѣ, объ образѣ правленія, необходімомъ для Россіи,—и потому можемъ судить, какое впечатлѣніе было произведено въ его душѣ Петербургскимъ смятеніемъ.

Онъ былъ во Дворцѣ.

«Желая собственными глазами удостовѣриться,гдѣ Государь, чтобы потомъ успокоить Императрицу Марію, вышелъ изъ дворца на Адмиралтейскую площадь, искалъ его глазами, принужденъ былъ вмѣшаться въ толпу народа, и лично подвергался оскорбленіямъ людей, которыхъ старался образумить. Здѣсь-то онъ, будучи по тогдашнему обычаю въ чулкахъ и башмакахъ, получилъ ту простуду, которая разстроила окончательно его здоровье»(С.).

(С.) - Сербинович, записки составленные для Погодина о последних днях Карамзина. – пр. Crusoe

Вотъ его письма объ этомъ событіи.

 

Отъ 18 Декабря, 1825 г., къ Тургеневу:
«Даю вамъ совѣтъ возвратиться въ Россію, и тѣмъ доказать усердіе къ новому Императору Николаю Павловичу. Не имѣю духа писать много. Прибавлю только, что здоровье Императрицы Елисаветы выдержало ударъ — это чудо: но продолжится ли? Въ тревогу 14 Декабря я былъ во дворцѣ съ дочерьми; выходилъ и на Исакіевскую площадь; видѣлъ Императора на конѣ, среди войска: онъ былъ совершенно спокоенъ и хладнокровенъ. Жена моя, нездоровая, прискакала къ намъ во дворецъ, въ седьмомъ часу вечера: я только за нее боялся. Жуковскій, по его словамъ, пишетъ къ вамъ обстоятельно, какъ историкъ.—Жаль, что въ такое важное время вы не въ отечествѣ.—Какія лица я видѣлъ! какія слова слышалъ!... Умремъ, однакожь, за святую Русь»!

Къ Дмитріеву, отъ 19 Декабря 1825 года:
«Мы здоровы послѣ здѣшней тревоги. 14 Декабря. Я былъ во дворцѣ съ дочерьми; выходилъ и на Исакіевскую нлощадь, видѣлъ ужасныя лица, слышалъ ужасныя слова, и камней пять шесть упало къ моимъ ногамъ. Новый Императоръ оказалъ неустрашимость и твердость. Первые два выстрѣла разсѣяли безумцевъ съ Полярною Звѣздою, Бестужевымъ, Рылѣевымъ и достойиыми ихъ клевретами. Милая жена моя, нездоровая, прискакала къ намъ во дворецъ около семи часовъ вечера. Я, мирный исторіографъ, алкалъ пушечнаго грома, будучи увѣренъ, что не было инаго способа прекратить мятежъ. Ни крестъ, ни Митрополитъ, не дѣйствовали. Какъ скоро грянула первая пушка, Императрица Александра Ѳеодоровна упала на колѣни, и подняла руки къ небу. Она нѣсколько разъ отъ души говорила: «для чего я женщина въ эти минуты»! Добродѣтельная Императрица Марія повторяла: «Что скажетъ Европа»! Я случился подлѣ нихъ: чувствовалъ живо, сильно, но самъ дивился спокойствію моей души странной; опасность подъ носомъ уже для меня не опасность, а рокъ, и не смущаетъ сердца: смотришь ей прямо въ глаза съ какою-то тишиною.—Въ большой залѣ Дворца толпа знати часъ отъ часу рѣдѣла; однакожъ все было тихо и пристойно, Молодыя женщины не изъявляли  трусости. Въ общемъ движеніи, къ сторонѣ, неподвижно сидѣли три магната: Князь Лопухинъ, Графъ Аракчеевъ и Князь А. Б. Куракинъ, какъ три монумента! Въ седьмомъ часу пѣли молебенъ; въ осьмомъ стали всѣ разъѣзжаться. Войско ночевало среди огней вокругъ дворца. Въ полночь я съ тремя сыновьями ходилъ уже по тихимъ улицамъ, но въ 11 часовъ утра, 15 Декабря, видѣлъ еще толпы черни на Невскомъ проспектѣ. Скоро все успокоилось, войско отпустили въ казармы. Теперь ждемъ вѣстей отъ васъ: надѣюсь, хорошихъ. Напиши слова два. Жалѣю о Н. Е. Кашкинѣ: преступникъ К.Оболенскій ему родной племяниикъ, если не ошибаюсь. Лавали въ отчаяніи за ихъ зятя, Трубецкаго. Еатерина Ѳедоровна Муравьева раздираетъ сердце своею тоскою. Вотъ нелѣпая трагедія нашихъ безумныхъ либералистовъ! Дай Богъ, чтобы истинныхъ злодѣевъ нашлось между ними не такъ много! Солдаты были только жертвою обмана. Иногда прекрасный день начинается бурею: да будетъ такъ и въ новомъ царствованіи! Константинъ прославился на вѣки . великодушнымъ отреченіемъ: да будетъ славенъ Николай 1-й между вѣнценосцами, благотворителями Россіи! Въ моихъ глазахъ онъ перекрестился и подписалъ манифестъ ввечеру, 13 Декабря, не безъ предчувствія, чему надлежало случиться. Этотъ манифестъ сочиненъ имъ самимъ, а написанъ для печати Сперанскимъ (равно какъ и второй о ковѣ злодѣйскомъ). Я только зритель, но усталъ душею: каково же Государю? Онъ уменъ, твердъ, исполненъ добрыхъ намѣреній: призываемъ на него благословеніе Божіе. Мать, супруга, братъ, умиляютъ меня своими чувствами.—Мы писали къ любезному князю Петру Андреевичу: скажи ему (если увидишь его), что я цѣлую его нѣжно и буду писать послѣ. Будь здоровъ, милый другъ! Авось скоро вощшщусь къ своей музѣ старухѣ.

Г. Телешовъ, находившійся при дѣтяхъ Николая Михайловича, приводитъ записанныя имъ слова: «Провидѣніе омрачило умы людей буйныхъ, и они въ порывѣ своего безумія, рѣшились на предпріятіе, столь же пагубное, сколь и не сбыточное: отдать Государство власти неизвѣстной, свергнувъ законную. Обманутые солдаты и чернь покорились мятежникамъ, предполагая, что они вооружаются противъ Государя незаконнаго, и что новый Императоръ есть похититель престола старшаго своего брата, Константина. Въ сіе ужасное время общаго смятенія, когда рѣшительныя дѣйствія могли бы имѣть успѣхъ самый вѣрный, Богъ милосердый погрузилъ дѣйствовавшихъ въ какое-то странное недоумѣніе и неизъяснимую нерѣшительность: они, сдѣлавъ каре у Сената, нѣсколько часовъ находились въ совершенномъ бездѣйствіи, а правительство между тѣмъ успѣло взять всѣ нужныя противу нихъ мѣры. Ужасно вообразнть, что бы они могли сдѣлать въ сіи часы роковые,— но Богъ защитилъ насъ, и Россія въ сей день спасена отъ такого бѣдствія, которое если не разрушило, то конечно бы изтерзало ее».

Карамзинъ, успокоясь, готовился возвратиться къ обыкновеннымъ занятіямъ. Повторимъ наше прежнее замѣчаніе, сдѣланное послѣ представленія Записки о древней и новой Россіи въ 1811г., послѣ спора съ И. Александромъ о Польшѣ въ 1819 г. Вотъ кончина Александра, разразившаяся надъ нимъ громовымъ ударомъ, вотъ событіе 14 Декабря, тронувшее его до глубины сердца, но черезъ четыре дня онъ уже надѣется возвратиться скоро къ своей Музѣ-старухѣ. До такой степени Исторія владѣла его душею. Ей принадлежалъ онъ всецѣло. Все прочее, чтобы ни было, потрясало, утѣшало, огорчало его. временно, и онъ тотчасъ принимался за свое дѣло.
...

М.Погодин, "Карамзин", М., 1866, С 465-468

 




Бани цена сруб оцилиндрованное бревно дома. Цены оцилиндрованных домов из сруба и бревна.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 14 comments