Crusoe's Journal

Материалы доступны либо по ссылкам в сообщениях либо здесь - Книжная полка Crusoe.

"...кто умеет читать тот научается тому чего не знал дотоле а при писании не научаешься ничему пишешь то что дотоле и сам знал". У.Эко. Баудолино.

A council spokesman said: 'If the restaurants want to continue cooking ducks in the traditional manner they will need to get new ovens which will comply with EU standards by having CE marking.

'We are absolutely not picking on the Chinese community. This is an issue with any kind of ethnic type of food where they may well be using catering equipment imported from outside the EU.

'We are not aware of a single injury or accident involving these duck ovens but now we are aware of this issue we want to prevent any accidents happening.'

....
Лион фактически обречен на разрушение; отныне на его месте будет только Commune affranchie (свободная община): самое имя его должно исчезнуть. Этот большой город будет стерт с лица земли, если сбудется якобинское пророчество, и на развалинах его будет воздвигнут столб с такою надписью: "Лион восстал против Республики; Лион больше не существует". Фуше, Кутон, Колло, представители Конвента, следуют один за другим; здесь есть работа для палача, и есть работа для каменщика, но не строительная. Самые дома аристократов обречены на уничтожение. Парализованный Кутон, принесенный в кресле, ударяет по стене символическим молотком, говоря: "La loi te frappe" (Закон уничтожает тебя), и каменщики киркой и ломом начинают разрушение.
Грохот падения, серые развалины и тучи пыли разносятся зимним ветром. Если бы Лион был из более мягкого материала, он весь исчез бы в эти недели, и якобинское пророчество исполнилось бы. Но города строятся не из мыльной пены, город Лион построен из камня, и хотя он и восстал против Республики, однако существует до нынешнего дня.
...
Томас Карлейль. Французская революция. Гильотина.

Замечательная гравюра 1833 года (http://vive-liberta.livejournal.com/12410.html)

...
В 1932 году выкуп всех надельных земель бывших помещичьих крестьян должен совершенно окончиться. Но в разных местностях крестьяне перешли на выкуп в разное время, начинал с 1861 г.; поэтому прекращение выкупных отношений будет совершаться в период с 1910 по 1932 г.
...

Редьярд Киплинг, «Изгои» (The Broken Men). Перевод В.Топорова.

За темные делишки,
За то, о чем молчок,
За хитрые мыслишки,
Что нам пошли не впрок,
Мишенью нас избрали
Параграфы статей —
И поманили дали
Свободою своей.

Нет, нас не провожали,
Не плакали вослед;
Мы смылись, мы бежали —
Мы заметали след
От наших злодеяний,
А проще — наших бед.
За нами — каталажка,
Пред нами — целый свет.

Ограбленные вдовы
И сироты купцов
За нами бестолково
По свету шлют гонцов;
Мы рыщем в океане,
Они — на берегу.
И это христиане,
Простившие врагу!

Но вдосталь, слава богу,
На свете славных мест,
Куда забыл дорогу
Наш ордер на арест;
Но есть архипелаги,
Где люди нарасхват,
А мертвые бумаги
Туда не допылят.

Там полдень — час покоя,
Там ласков океан;
Дворцовые покои,
И в них журчит фонтан.
Никто здесь не посмеет
Прервать полдневный сон,
Покуда не повеет
Прохладой из окон.

Природа — загляденье,
Погода — первый сорт,
И райских птичек пенье,
И океанский порт.
И праздник, оттого что
Раз в месяц круглый год
Привозит нашу почту
Британский пароход.

Мы поджидаем в баре
Прибывших бедолаг —
Не чопорные баре,
Но парни самый смак.
Мы важно тянем виски
И с помом, и с самим,
Но на борт — он английский! —
К ним в гости не спешим.

А ночью незаконно
Мы в Англии своей —
С князьями Альбиона
Знакомим дочерей,
И приглашают лорды
На танец наших жен,
Мы сами смотрим гордо,
Покуда... смотрим сон.

О боже! Хоть понюшку
Нам Англии отсыпь —
Ту грязную речушку,
Ту лондонскую хлипь,
Задворки, закоулки
И клочья тощих нив...
А как там Лорд-Уорден?
А как там наш Пролив?

В оригинале последняя строфа такова:

Ah, God! One sniff of England —
To greet our flesh and blood —
To hear the traffic slurring
Once more through London mud!
Our towns of wasted honour —
Our streets of lost delight!
How stands the old Lord Warden?
Are Dover's cliffs still white?

Написано во второй половине 1902 года. Опубликовано в 1903 году.

Читатель мельком задерживается на лорде Уордене - должно быть, какой-то знаменитый деятель Британии тех лет – и чтение заканчивается с безусловным удовольствием от прекрасного стихотворения. Но старина лорд Уорден вовсе не прост и заслуживает некоторой остановки; возможно, что и подробного комментария в конце книги. И пусть книга стихов Киплинга распухнет от комментирования вдвое, втрое и даже впятеро – это не к худу, но лишь к добру.

1. Лорд Уорден – отель.

Какого из лордов Уорденов подразумевал Киплинг? Не знаю, и никто не знает, но есть такая замечательная вещь, как прочтение и при прочтении строка Киплинга оказывается достаточно просторна; в ней есть и прибрежный отель, и старик Солсбери, и древние вольности Пяти портов, и беглецы от правосудия, и приватиры, и королевские грамоты, и Дуврский пролив и древний офис лорда Уордена. Всё это есть; сегодня нет только привычки писать и печатать комментарии чуть ли не к каждой строке теперь уже старых книг.

«Колокол» за 1857-58 годы.
«Колокол» за 1859 год.
«Колокол» за 1860 год.
(ранее размещено)
«Колокол» за 1861 год.

Vivos Voco! Колоколъ. Прибавочные листы къ Полярной Звъздъ.

Газета А.И.Герцена и Н.П.Огарева. Вольная русская типография, 1857-1867, Лондон-Женева. Факсимильное издание.

Книжки I - IV.

Воспроизведено с 11-ти томного издания Академии Наук СССР, п.ред. академика М.В.Нечкиной. 1962 год.

Формат djvu, соответственно:
17МБ
14,3МБ
16,6МБ
11,6 MБ.

Тем завершаю выкладку пореформенных выпусков - в те годы, "Колокол" звучал очень громко. Тиражи под 2000 экземпляров, номер журнала видели на столе у Ростовцева...

Прочие книги см. на WWW.ON-ISLAND.NET

Совсем недавно я слышал, как один человек превозносил гражданское правительство, хотя всего год назад он дрожал как осиновый лист, ибо его сыну грозила мобилизация в армию Бонапарта. Теперь же, после его падения, он восклицает: «Сыновья принадлежат отчизне!» Эти слова, исполненные ложной гордости, требуют объяснения. Их смысл сводится к тому, что человек обязан беспрекословно повиноваться общественным институциям, чьи требования для него превыше всего. Но все дело в том, что в наше время власть сузилась до административных рамок. Власть больше не священная, не Божеская, она административная! А это означает, что человек, покорный такой власти, уже не принадлежит ни себе самому, ни своему Создателю, а принадлежит неким социальным институциям, которые вольны распоряжаться им по своему усмотрению. Не Богу, не своему святому Владыке вверяет свою судьбу человек, а административным и юридическим инстанциям! Ну нет, это уже слишком!

Иоганн Генрих Песталоцци

Через пять минут я возвратился в Адмиралтейство и немедленно узнал, что в море вышел весь германский флот. Все три линейные эскадры, две Разведывательные группы и семьдесят эсминцев. Германский командующий, среди прочего, сообщал флоту и следующее: «Намереваюсь атаковать днём». Я немедленно забыл о политическом кризисе и моей собственной участи. Первого морского лорда теперь не было; я послал за начальником штаба, адмиралом Оливером и вторым лордом, сэром Фредериком Гамильтоном; вместе мы отдали Гранд Флиту и прочим силам приказы выходить в море. Я твёрдо решил перекрыть неприятелю отходы и бросить в бой всю нашу соединённую мощь. В восемь часов вечера мы в основном покончили со сложной координационной работой, и я телеграфировал Джеллико:

Может статься, что назавтра наступит День. Всяческой вам удачи.

Утро прошло в приготовлениях к более чем взыскательным парламентским испытаниям; днём политический кризис обернулся для меня крушением; вечер стал кануном генерального морского сражения. Достаточно для одного дня.

Глава 32.

Падение правительства.

Заказал я пару книг - подержанных; Амазон такие в Россию слать не хочет, попросил друга из NY купить и выслать. Выслал, проходит две недели - нету. В чём дело? Проходят таможню. Пишет мне приятель: "Это у вас цензура. Там на одной Мао Цзедун нарисован, а на второй - среди прочих - и вообще Гитлер с усами". Ладно, отвечаю, пусть только уведомят а я уж книжки из под цензуры вытащу. Проходит ещё неделя и звонят мне с почты: не ваша ли, часом, посылочка? Тут, понимаете ли, странности - фамилия ваша, а вот номер квартиры - нет. Давно лежит, чудом разобрались. Действительно. Международный почтамт уложил коробку в свой мешок и приляпал бирку с перепутанным номером квартиры и я - свободный человек в свободной стране - гордо ответил ньюйоркцу: нет! У нас не цензура! У нас - бардак-с!

А теперь рассказ о том, как второй цензурный комитет Корфа умер нерождённым. А отчего так? А при покупке недвижимости. Квартирный вопрос убил его.

Июньский номер "Колокола", 1860 год.

О МЕРТВОРОЖДЕННОЙ ЦЕНСУРѣ КОРФА.

Она жила, какъ живутъ розы—одно утро!..

Показывали Шёнбрунн, славный концерт: Нетребко (чуть ли не на сносях), Виллазон, Доминго. Драйв неописуемый. Дух! Воздух Вудстока! Впрочем, а не переменилось ли время? Не утёк ли кайф от вконец дебиланизировавших площадок туда, в горние выси Вагнера и Бриттона? И там славный мiръ и во человецех благоволение? Пошью фрак. Нет, покуда смокинг. И пойду в этом пипловом прикиде по Пешков-стрит, ибо Верди уматен!

Александр Дюма. "Три мушкетёра. Предисловие автора, где устанавливается, что в героях повести, которую мы будем иметь честь рассказать нашим читателям, нет ничего мифологического, хотя имена их и оканчиваются на "ос" и "ис"".

Примерно год тому назад, занимаясь в Королевской библиотеке разысканиями для моей истории Людовика XIV, я случайно напал на "Воспоминания г-на д'Артаньяна", напечатанные - как большинство сочинений того времени, когда авторы, стремившиеся говорить правду, не хотели отправиться затем на более или менее длительный срок в Бастилию, - в Амстердаме, у Пьера Ружа. Заглавие соблазнило меня; я унес эти мемуары домой, разумеется, с позволения хранителя библиотеки, и жадно на них набросился.

Я не собираюсь подробно разбирать здесь это любопытное сочинение, а только посоветую ознакомиться с ним тем моим читателям, которые умеют ценить картины прошлого.
....

Оценим же картины прошлого.

Александр Дюма. "Три мушкетёра". Дуэль англичан с французами.

"Арамис, которому надо было закончить третью песнь своей поэмы, торопился, как человек, у которого очень мало времени...."

Картина прошлого. (PS - мне пеняют уточнить - это апокриф Куртиля - разумеется. Но мы не говорим о реальном д'Артаньяне. Мы не покидаем литературного пространства).

"Арамис был охвачен какими-то желаниями, двигаясь туда, и сказал мне, что очень хотел бы остановиться, если бы мог сделать это с достоинством; но, находясь в присутствии наших противников, он боялся, как бы они не истолковали во зло ту нужду, причины которой они не знали"...

МЕМУАРЫ
МЕССИРА Д'АРТАНЬЯНА
Капитан Лейтенанта первой Роты Мушкетеров Короля
Содержащие множество вещей
ЛИЧНЫХ И СЕКРЕТНЫХ,
Произошедших при правлении
ЛЮДОВИКА ВЕЛИКОГО.

Приготовив плетенки, метательные орудия и все прочее, нужное для осады, римляне надеялись благодаря многочисленности рабочих рук покончить с приготовлениями в течение пяти дней и не дать неприятелю подготовиться. Но при этом они не приняли в расчет искусство Архимеда, не учли, что иногда один даровитый человек способен сделать больше, чем множество рук...

Полибий, «Всемирная история».

- Вот видите, мистер Сайрес, - повторял моряк, - пока у нас не будет хоть пары ружей, наши запасы останутся весьма скудными.

- Вы правы, Пенкроф, - вставил журналист, - но дело только за вами. Достаньте нам железо для дула, сталь для огнива, селитру, уголь и серу для пороха, ртуть и азотную кислоту для пистонов и, наконец, свинец для пуль - и Сайрес сделает первосортные ружья.

- Все эти вещества нам, вероятно, удастся раздобыть на острове, сказал Сайрес Смит. - Но ружье - тонкий аппарат, и для того, чтобы его изготовить, нужны точные инструменты.. В дальнейшем мы об этом подумаем.

Жюль Верн, «Таинственный остров».

( Read more... )

"После высадки".

Последние дни сэра Уинстона в Адмиралтействе. Италия входит в войну, а "Куин Элизабет" уходит от Дарданелл.